Сеть знакомств для любителей книг



Валерій Пекар
Entrepreneur. Pragmatic. Researcher. Lecturer. Reader. Thinker (from time to time).
 послать сообщение
добавить в друзья
посмотреть список желаемых книг
посмотреть рекомендуемые пользователю книги

Читают то же, что и вы:
 
Taras Prokopyuk

 
Алексей Мась

 
Игорь Манн





Книги для обмена:
У этого пользователя пока нет книг для обмена


Друзья:
 
Алексей Мась
Алексей Мась
 
Татьяна Жданова
Татьяна Жданова
 
grinuova
grinuova
 
Elena Konovalova
Elena Konovalova
 
Vita Kravchuk
Vita Kravchuk

друзей: 5 (смотреть)

Также в друзьях у:
 
Алексей Мась
Алексей Мась
 
Татьяна Жданова
Татьяна Жданова
 
grinuova
grinuova
 
Taras Prokopyuk
Taras Prokopyuk
 
Vita Kravchuk
Vita Kravchuk
 
stasparshin
stasparshin
 
Татьяна Верба
Татьяна Верба

Валерій Пекар

лучшие рецензии : новые рецензии

все категории
Философия, история

 1..10 Ctrl → 11..20 
Валерій Пекар
Вопрос, вынесенный в заголовок книги, является одним из самых важных для человечества на современном этапе, поскольку от него зависит не только жизнь миллиардов людей, но и проблемы войны и мира. Общепринятая точка зрения, предлагаемая Всемирным банком и Международным валютным фондом, состоит в том, что свободная торговля приведет к подъему уровня жизни в бедных странах. Эта точка зрения базируется на классических идеях Адама Смита и Давида Рикардо о «невидимой руке рынка», которая сама всё отрегулирует. Однако на практике почему-то выходит совсем иначе: в результате свободной торговли богатые страны становятся еще более богатыми, а бедные еще более бедными. Попытка специализироваться на том, что у каждой страны лучше всего получается и имеет минимальные издержки, приводит к специализации на бедности и невежестве. А повышение качества образования в таких случаях лишь увеличивает эмиграцию.

Известный норвежский экономист Эрик Райнерт активно полемизирует с так называемым Вашингтонским консенсусом — точкой зрения МФВ, МБ и плеяды нобелевских лауреатов по экономике. Он доказывает, что две крайности — капиталистический либерализм и социалистическое плановое хозяйство — несмотря на пропасть между ними, оба суть продукт одного и того же порочного подхода к моделированию экономической реальности с помощью аналогий из физики и излишнего упрощения ради возможности использовать математический аппарат. Райнерт пропагандирует Другой канон, исторический и прагматический подход к экономике на основе case studies, требующий в поисках решения, как стране разбогатеть, опираться не на абстрактные модели, а на опыт других стран, которые разбогатели в подобных условиях (из нобелевских экономистов к Другому канону с оговоркой можно отнести Пола Кругмана).

И оказывается, что все истории быстрого экономического подъема, от Венеции и Голландии, Англии и США до Германии и Японии после Второй мировой, Сингапура и Южной Кореи (и даже Чили, хотя обычно думают иначе) — это истории государственного вмешательства, продуманной промышленной политики, протекционизма и стратегических инвестиций. Идея нынче непопулярная, но с историей трудно спорить. Вначале нужно подняться на ноги, утверждает автор, и только потом открыться для свободной торговли, которая способствует увеличению богатства стран с равным уровнем развития, но сбрасывает вниз отсталых и недоразвитых.

Другой канон делит все виды деятельности на имеющие убывающую отдачу (сельское хозяйство, добыча и переработка сырья) и возрастающую отдачу (промышленность, хотя есть исключения, и некоторые виды сельского хозяйства). Страна может разбогатеть только на видах деятельности с возрастающей отдачей и динамичной (а не ценовой) конкуренцией, которые позволяют в полной мере развернуться новым знаниям, предпринимательству и лидерству — всему тому, что Ницше называл «капитализм духа и воли». Страны остаются в бедности не из-за нехватки капитала, а из-за отсутствия точек его приложения — неразвитости промышленности с возрастающей отдачей. Выдача таким странам международных кредитов есть быстрый путь к банкротству.

Парадоксальным образом страны, не имеющие ресурсов, — Венеция и Голландия, а позже Япония и Швейцария — выходят вперед, будучи вынужденными развивать не легкие сырьевые отрасли, а сложные инновационные. Таких же результатов добиваются богатые ресурсами страны, жестко ограничивающие власть крупных землевладельцев и сырьевых олигархов — от Флоренции до США после Гражданской войны. Сырьевая экономика неизбежно порождает феодализм, а промышленность с возрастающей отдачей — средний класс, процветание и демократию.

Книга Райнерта, на мой взгляд, должна стать настольной для всех украинских экономистов и правительственных чиновников, ведь Украина однажды в своей истории уже попала под «проклятие ресурсного богатства» своих черноземов и осталась последней большой немодернизированной страной Европы.

Эрик С. Райнерт Как богатые страны стали богатыми, и почему бедные страны остаются бедными
Валерій Пекар
Как получилось, что одни народы создали великие империи, а другие оказались жалкими колониями? Одни летают в космос, а другие ковыряются в земле так же, как и 5 тысяч лет назад? Одни сосредоточили несметные богатства, а другие голодают?

Расист ответит: одни народы умные и трудолюбивые, а другие глупые и ленивые. Социалист ответит: всему виной социальная несправедливость и эксплуатация. Фундаменталист ответит: потому что одни народы исповедовали правильную религию, а другие неправильную. Но ни один из этих ответов нас не устроит.

Ученый ответит: одни народы открыли и изобрели много всего хорошего, а другие нет. Ответ правильный и бесполезный. Потому что сразу же возникает второй вопрос: но почему, почему так?

Пользуясь новейшими достижениями генетики, экологии, лингвистики и других молодых наук, Джаред Даймонд вскрывает историю тех времен, которые ранее назывались «доисторическими», поскольку еще не было ни письменности, ни значительной материальной культуры. Шаг за шагом автор находит всё новые ключи к основной загадке тысячелетия: как получилось, что отсталая (по состоянию на 1400 год) в техническом, демографическом и культурном отношении Европа вдруг, за сравнительно короткое время стала властелином мира, создав развитые технологии и огромные империи? Вопрос тем более интересный, что, похоже, лидерство на наших глазах возвращается в Азию. Что позволило нашим (сравнительно недавним) предкам совершить такой скачок, и что будет дальше?

Спрессовывая тысячелетия и континенты в десятки страниц, автор раскрывает суть самых важных событий истории, всегда остававшихся недокументированными. Заодно вы узнаете, как Китай стал китайским, а Африка стала черной — ибо и то, и другое было не всегда.

Джаред Даймонд Ружья, микробы и сталь
Валерій Пекар
Михаил Веллер — не только лучший (на мой взгляд) из ныне живущих русскоязычных писателей, мастер драмы и юмора, исторического романа и короткого рассказа, бурлеска и высокой трагедии. Он еще и корифей всех наук, по крайней мере, гуманитарных. Покончив с философией, литературоведением и текущей политической ситуацией, Веллер принялся за социологию. И со свойственным ему азартом разделал ее под орех.

Верный себе, замечательно живым и веселым языком Мастер раскладывает полную картину возникновения и развития человеческих сообществ, религий и цивилизаций, государств и культур. Все человеческие стремления и отношения, надежды и страхи уместились в одной (правда, толстенькой) книжке. Это чтение не на один день, да и не на один раз. Зато наградой будет понимание взаимосвязей нашего мира.

Конечно, Веллер опирается на картину мира, нарисованную им в предыдущих книгах (читать их вовсе не обязательно — автор рассчитывает на читателя, незнакомого с его трудами, и мягко вводит его в свои сети). Но даже не разделяющим это мировоззрение будет интересно познакомиться с тем, как в одной книге собраны ответы на все вопросы. Так и представляешь себе Михаила Веллера в роли героя одного из его рассказов — в уютном кресле с блокнотом, раскрытом на странице с заголовком «внести определяющий вклад в развитие всех наук», ставящего напротив слова «социология» жирную птичку.

Михаил Веллер Человек в системе
Валерій Пекар
Смерть — самое важное дело в жизни человека. Соответственно, к нему нужно хорошо подготовиться. Молодой профессор американского университета обнаружил у себя неизлечимый рак в последней стадии. Провести последние несколько месяцев с любимой женой и тремя маленькими детьми? Или согласиться на предложение университета прочитать «последнюю лекцию», потратив на ее подготовку драгоценное время, отобранное у семьи? Он выбрал второе, не только из соображений достоинства и самооценки, но и для того, чтобы оставить детям наследство памяти, которое не смог создать при жизни по причине их слишком малого возраста.

Рэнди Пауш не стал говорить в последней лекции о смерти, он стал говорить о жизни. Не об умении умирать, но об умении жить. Видимо, он был необычайным человеком, потому что сумел обойтись без назиданий и нравоучений. Эта лекция — о мечтах, которые растут из детства, об умении воплотить свои мечты и помочь в этом другим. О жизненных целях и невосполнимом времени. И о множестве других вещей, которыми нам нужно научиться распоряжаться, пока мы живы.

Это небольшая книга, она читается за один вечер. Но потом вспоминается много вечеров.

Рэнди Пауш Последняя лекция
Валерій Пекар
Почему одни страны богаты, а другие бедны? Почему в одних странах приживается демократия, а в других нет? Почему одним странам удается искоренить коррупцию, у других никак не получается? Эти и подобные вопросы волнуют ученых, политиков и простых граждан со времен Адама Смита.

До сих пор в гуманитарных науках преобладал отраслевой подход: экономика, политика, культура, ментальность, духовность изучались отдельно. Тот или иной аспект общественной жизни время от времени объявлялся доминирующим: так Маркс ставил во главу угла экономические отношения, а Вебер — религиозные основы. В результате мы до сих пор не можем понять, как устроен мир, в котором мы живем. Новая книга 90-летнего авторитетного экономиста Дугласа Норта, написанная в соавторстве с молодыми коллегами — историком Джоном Уоллисом и политологом Барри Вайнгастом, предлагает новый подход к этому сложному миру.

Авторы выделяют два типа государств, принципиально отличающиеся друг от друга в своих институтах: естественное государство (проходящее в своем развитии стадии хрупкого, базисного и зрелого) и порядок открытого доступа. Навязывание естественному государству чуждых для него институтов открытого доступа приводит к его ослаблению, а не усилению, — именно поэтому естественное государство всячески сопротивляется. Зрелое естественное государство постепенно накапливает предпосылки для перехода к открытому доступу, но сам переход происходит практически скачкообразно. Подробное рассмотрение британской, французской и американской истории показывает, как эти три страны первыми прошли барьер, отделяющий естественные государства от открытого доступа, и как это сказалось на их мощи, позволившей стать сверхдержавами. Другие же принялись немедленно копировать их путь, более или менее удачно.

Важнейший антивеберовский и антимарксистский тезис авторов: элиты не монолитны, и всё дело не в противостоянии привилегированных элит и обездоленных масс, а во внутренних процессах «перетягивания одеяла» внутри элиты. Фокусируясь на понятиях, редко попадающих в сферу внимания ученых, таких, как монополия на насилие, безличность отношений и право создания организаций, авторы постулируют неразрывную связь экономики и политики, — что нам, живущим в Украине, понятно на своей шкуре намного яснее, чем большинству нынешних ученых из развитых государств.

Прочитав эту книгу, вы поймете, где находится Украина на шкале социально-экономическо-политического развития, как удивительно мало нам осталось сделать для качественного скачка, и как практически невозможно этот скачок совершить.

Дуглас Норт, Джон Уоллис, Барри Вайнгаст Насилие и социальные порядки. Концептуальные рамки для интерпретации письменной истории человечества
Валерій Пекар
600-страничную книгу ведущего философа современности вряд ли можно назвать легким чтением: несмотря на простой язык, обсуждаются довольно сложные понятия. Однако если вы действительно хотите разобраться, как устроен мир, вряд ли вы сможете построить полноценную картину без Кена Уилбера.

Первая часть книги показывает соотношение трех способов человеческого постижения реальности — наука, искусство и культура. Иными словами, Истина, Красота и Благо. Иными словами, объективное, субъективное индивидуальное и субъективное коллективное (знатокам более привычны четыре квадранта, но Уилбер для простоты объединяет их в Большую Тройку). Помирить и объединить материалистов и идеалистов, Маркса и Фрейда, Будду и Эйнштейна, показать место и значение каждой идеи в великом развертывании человеческого духа — непростая задача.

Во второй части обсуждаются уровни психологического развития личности, знакомые тем, кто увлекается спиральной динамикой. И хотя вместо привычных цветовых маркеров используются более сложные термины, читатель с легкостью узнает уровни развития личности и откроет для себя много нового в этой сфере, в том числе детали процессов перехода, слабо описанные в имеющейся русскоязычной литературе. Правда, знатоки спиральной динамики встретят лишь шесть знакомых уровней, а дальше будет нечто совершенно иное, удивительное и с первого взгляда непостижимое.

Третья часть посвящена истории духовности и религии, анализу современного состояния понимания мира человечеством и типичных заблуждений, а также прогнозу дальнейшего развития мышления человека.

Философы наверняка проявят любопытство к попыткам Уилбера обозначить место великих мыслителей разных эпох в интегральной картине. Психологам будет полезно увидеть, как развивается мышление, и на разных стадиях развития личности формируются различные типы отклонений. Социологам, безусловно, будут интересны оценки множества новомодных течений, от экофеминисток до экомаскулинистов, от деконструктивистов до мультикультуралистов. Религиоведы насладятся подробным обсуждением взаимосвязи форм и оттенков духовности с фазами технологического развития человечества. Простому же читателю, которому «всего лишь» нужна адекватная и полная картина мира для ежедневной жизни, будет легко уложить в нее все накопленные ранее знания и ощущения и увидеть историю Вселенной как развертывание бесконечного Духа.

В заключение хочется отметить, что наслаждение книгой стало возможным благодаря таланту и усилиям Евгения Пустошкина, сделавшего блестящий перевод.

Кен Уилбер Краткая история всего
Валерій Пекар
Сергей Борисович Переслегин почти неизвестен широкой публике, что, по меньшей мере, странно — ведь он написал предисловия/послесловия к каждому тому полного собрания сочинений А.Н. и Б.Н. Стругацких, вышедшего огромным тиражом. Впрочем, кто читает предисловия и, тем более, запоминает фамилию автора? Я вот запомнил — ибо предисловия были весьма и весьма необычными. Но речь сейчас не о том.

Собственно, фамилия автора была первой причиной, заставившей меня обратить внимание на эту книгу. Второй причиной была слишком уж явная аллюзия на известную книгу Збигнева Бжезинского. Американский политик расставляет фигуры — российский исследователь учит играть? Что ж, почитаем!

В книге собраны основные результаты Переслегина за многие годы, поэтому она вышла достаточно эклектичной. Военная история и стратегия, геополитика и этногенез, управление инновациями и экономическая социология. Часто материал выглядит сырым — и является таковым, поскольку исследования продолжаются, но автор хотел поделиться наработанным на тот момент инструментарием. Впоследствии модели будут уточняться, но базового изложения нигде больше нет. «Добрать» свежие изменения можно по статьям в Интернете.

Изложение моделей перемежается «примерными партиями» на мировой шахматной доске: Цусимское сражение и распад Римской империи, Холодная война и политический ислам в Поволжье в наше время, первая мировая и нынешний терроризм, будущий распад Европы и альтернативная история Второй мировой, стратегия космических исследований и стратегия реформы образования, а также возможные стратегии таких сложных стран, как Россия, Украина, Беларусь.

Книга будет полезна всем, кому нужны модели современного мира — политическим и бизнес-стратегам, консультантам, продвинутым журналистам. В наше, мягко говоря, турбулентное время старые модели совсем неадекватны. Приходится работать с новыми — пусть сырыми, зато в общих чертах объясняющими то, что мы видим. Иначе можно скатиться в конспирологию и во всем увидеть руку ЦРУ/КГБ/масонов/розенкрейцеров/... (нужное подчеркнуть). Это тоже приемлемое мировоззрение — вот только оно не позволяет управлять своей жизнью, так как в нем мы объект, а не субъект. Нежелающие быть объектом — эта книга для вас.

Сергей Переслегин Самоучитель игры на мировой шахматной доске
Валерій Пекар
Уявіть собі, що вам випадково пощастило опинитися в одній кімнаті із двома старими джентльменами — професорами, письменниками, ерудитами, бібліофілами, знавцями літератури, поціновувачами і збирачами старих книжок, але водночас знавцями і прихильниками новітніх технологій. І ви маєте змогу послухати їхню розмову, насичену гумором, алюзіями до класики і сучасності та влучними зауваженнями про все на світі. Якщо вам то байдуже, ця книжка не для вас. Але якщо ви такий самий любитель книжок, літератури та історії, то ви будете, тамуючи подих, слідкувати за бесідою з її часом плавною течією, часом раптовими поворотами, насолоджуючись самим фактом присутності при зустрічі метрів і ледве не фізично побоюючись зіпсувати її плин своїм невчасним кахиканням із куточку.

Ця книга є зразком саме такого жанру. Два ґранди, Умберто Еко та Жан-Клод Кар’єр, італієць та француз, міркують про долю книги, тексту та літератури, а Жан-Філіп де Тоннак м’яко спрямовує цю розмову та ретельно все записує, аби донести нам із вами.

Обов’язково налийте собі легкого червоного вина або філіжанку кави, бо інакше зіпсуєте читання. Вимкніть телефон і сховайте годинник. Інакше ви не відчуєте Вічність, заховану між сторінками книг.

Важко уявити, що це видання набуде популярності у країні бідності, війни та економічного спаду, засилля шансону і телебачення. Водночас важко уявити, що воно не знайде свого читача, так само закоханого у книги. Тому хочеться проспівати хвалу редакторам, перекладачам і видавцям, що зважилися на це.

Не сподівайтеся позбутися книжок Еко Умберто, Кар’єр Жан-Клод
Валерій Пекар
Ті, хто регулярно читає Ярослава Грицака, з цією маленькою книжкою отримали новий подарунок: замість шукати його тексти в Інтернеті, знайдете їх зібрані під обкладинкою. Значною мірою це продовження попередньої книги «Життя, смерть та інші неприємності». Серед есеїв 2010-2014 років ви прочитаєте нариси про шляхи модернізації України та інших країн, пам’ятні записи про Beatles та Івана Франка, Дмитра Фурмана та Тоні Джадта, роздуми про демократію та корупцію, революцію та війну. Цікаво бачити, як історик, робота якого начебто пов’язана з минулим, передбачав майбутнє. І то не дивно: кинувши погляд назад по стрілі часу, починаєш трохи розуміти, що буде далі. Але так само розумієш, що майбутнє не визначене наперед, бо його творять люди. Кому треба ще передбачень, читайте уважно між рядків, там усе написано.

Ярослав Грицак Куди рухається світ
Валерій Пекар
Библия на протяжении сотен лет была самой читаемой книгой. Люди искали и находили в ней не только заповеди для повседневной жизни, но и уроки, которые можно вынести из истории великих людей прошлого. А современный человек перестал читать Библию во многом потому, что ответы на вопросы людей предыдущих поколений его уже не волнуют. Он знает эти ответы из школьных учебников и университетских конспектов, из песен любимых авторов и книжек по популярной психологии/социологии/физике/биологии. Да и кого, собственно, заинтересуют жизненные перипетии ближневосточных пастухов, живших почти 4000 лет назад?

Однако же история учит, что рано или поздно каждое следующее поколение тоже начинает читать Библию. Читать по-новому, в поиске ответов на свои собственные, еще неотвеченные вопросы. Читать на более глубоком уровне понимания, чем любое из предыдущих поколений — ведь мы, по словам Бернара из Шартра, сидим на плечах гигантов. Читать с позиции людей, уже насытившихся школьными учебниками и популярными книжками. Потому что, сколько книжек ни читай, а у каждого нового поколения вопросы всё равно возникнут. Только ведь, чтобы читать Библию по-новому, каждому поколению нужен новый Учитель.

Таким Учителем может стать доктор Пинхас Полонский, философ и теолог, развивающий модернистское течение в ортодоксальном иудаизме. Шесть первых книжек его комментариев удивят вас современным прочтением историй сотворения мира, Авраама и его наследников, Исхода и его духовных лидеров. Вы увидите, что примитивному пониманию библейских текстов уже не осталось шансов, и познакомитесь с древними тайнами учения, традиционно передававшегося от учителя к ученику и потому названного Каббала — Принятие. Вы найдете множество параллелей с духовными вызовами современности и узнаете, как действовали великие пророки древности, сталкиваясь с такими испытаниями. Для вас раскроются судьба и призвание европейской, исламской и еврейской цивилизаций.

Самое главное отличие современного прочтения Библии от средневекового — даже не в том, что мы знаем теорию эволюции и наслышаны о генетике и кибернетике. Самое главное отличие — в том, что герои библейских историй являются динамичными людьми, которые становятся сильнее и мудрее после каждого испытания. Они совершают ошибки и исправляют их, они искренне заблуждаются и позже смело отказываются от заблуждений. Средневековый человек был уверен, что всё совершенное — статично, динамично лишь несовершенное, а значит, пророки древности были великими и неизменными. Современный человек знает: развитие есть жизнь, а значит, неизменность есть смерть. Библейские праотцы удивят вас тем, насколько они живы. Именно потому серия называется «Библейская динамика».

Пинхас Полонский Библейская динамика. В шести томах.
 1..10 Ctrl → 11..20